Оглавление
6 июня 2001 года

Зыковская могила

Миасс неспешно катит свои воды по Аргаяшскому району, прихотливо петляя меж болотистых равнин, где бродят меланхоличные мохнатые буренки под присмотром своих пастухов. Возле села Байрамгулово путь реке преграждает плотина, и Миасс разливается живописным озером с крутыми берегами, густо поросшими березняком. На невысоком холме, открытый всем ветрам, возвышается небольшой монумент. При ближайшем рассмотрении выясняется, что и не монумент это вовсе, а могила инженера Зыкова, строившего в годы войны плотину на Миассе - в траве за оградой прячется скромное белое надгробие, на котором выбиты суровые слова благодарности.

Умер инженер в сентябре 1944 года, на исходе войны. Но вокруг зыковской могилы уже сложены легенды и предания. Говорят, к примеру, что умер он не своей смертью, а пал от руки каких-то местных злодеев, не простивших ему затопления своих скудных жилищ и охотничьих угодий.

- Да ерунда это все! - машет рукой Мария Семеновна Плаксина, бывший бухгалтер совхоза "Аргазинский", которая в сентябре 1941 года была эвакуирована в Байрамгулово из Кандалакши (Мурманская область), да так и осталась в этих местах насовсем. - Никто не мстил инженеру Зыкову и не сживал его со свету, а умер он от болезни почек.

...С Марией Семеновной, одной из участниц строительства этой плотины, нас познакомил глава местной администрации Абдрахман Усманович Байзульдин. Вышли мы на бережок, и Мария Семеновна начала свой рассказ. Стройку затеяли еще до войны, в 1939 году - плотина и гидроэлектростанция имели тогда для Челябинска большое стратегическое значение. Строили, как водится, заключенные (был тогда обычай - производить на комсомольских стройках перековку вредного элемента и врагов трудового народа). А с началом войны ряды строителей плотины пополнились трудармейцами из солнечного Таджикистана. Сама Мария Семеновна работала сперва счетоводом, а после перевели ее в бухгалтеры.

- Работали тяжело, голодали, но жили весело - куда веселее, чем нынешняя молодежь, - вспоминает Мария Семеновна. - По выходным в клубе собирались, пели, плясали и ждали: вот кончится война, и так хорошо заживе-е-м! Жена руководителя стройки Вавилова заведовала у нас художественной самодеятельностью, выезжали на Увильды, в госпиталь с концертами, один раз в Челябинск...

Мы стоим на крутом откосе, перед нами зеркало водохранилища, а на том берегу - Байрамгулово. Как на картинке. Моя собеседница смотрит и вспоминает о тех временах, когда село было в три раза меньше, а по его улицам катили газогенераторные "полуторки", которые топили чурочками.

- Вот там они жили, таджики-то, - указывает в сторону водокачки, - а вон там стояли шатровые бараки, где обитали заключенные. В войну много трудармейцев поумирало от холода и голода. Хоронили их на башкирском кладбище, а в поясах у иных, говорят, были зашиты большие тыщи.

- Мария Семеновна, а почему инженера Зыкова похоронили не на кладбище, а на выселках?

- Это его пожелание. Чтобы, значит, с могилы просматривалось любимое детище - плотина. Мужчина был очень серьезный, тоже эвакуированный из Ленинграда, работал прежде на стройке "Свирь-2". Когда война окончилась, супруга Зыкова вернулась обратно в Ленинград, мы же продолжали строить плотину под началом Дмитрия Михайловича Ганьковского. Лето 46-го было очень дождливое, и мы после работы шли на плотину кантовать мешки с песком. Глину для плотины добывали неподалеку - до сих пор по левую руку от дороги на Аргаяш виднеются рвы и котлованы.

...В 1946 году строительство успешно завершилось, и Маша Плаксина самолично отправилась в село Губернское на почту. Отбила телеграмму в Москву: "Товарищу Сталину. Аргазинская ГЭС дала первый ток!". Той же осенью Марию Семеновну наградили медалью "За доблестный труд в 1941-1945 гг.".

Заработала ГЭС, и народу в Байрамгулово сильно поубавилось, рабочие разъехались по стране - строить плотины в Адлере и Горьком, поднимать Пермскую ГЭС. В пятидесятые годы Мария Семеновна тоже на несколько лет покинула село - работала в Южноуральске, на Аргаяшской ТЭЦ, а потом вернулась обратно, в эти дивные места, на берега Миасса.

Поразлетались из родного села дети и внуки, немного осталось и участников тех славных дел. Живет в Байрамгулово еще один строитель, Саша Коновалов, с которым вместе возводили они в войну плотину. И вот ведь какая досада: недавно написали местные краеведы книжку под названием "Наследие Аргаяшского района", и в той книжке ни слова об Аргазинском совхозе, и в рассказе о стройке многое понапутано.

- Я еще доберусь до этих писателей, дам им полное разъяснение по всем вопросам! - улыбается немолодая, но весьма еще бодрая Мария Семеновна Плаксина.

Юрий БОГАТЕНКОВ

Поиск В начало
Технология и дизайн © 2000 ЗАО "ИНТЕРСВЯЗЬ"
Размещено на сервере www.chelpress.ru